Городская среда

Пририсовали глазки. Как в музеях защищают картины от вандалов, и возможно ли предусмотреть всё

Картина без глаз: вандалы оставили свои «правки» прямо на экспонате.

Фото / Ельцин Центр

Периодически музеи во всём мире страдают от действий вандалов. Порой экспонаты портят злонамерено, порой случайно, а иногда и "из лучших побуждений".

Работа Анны Лепорской «Три фигуры» (1932-1934) экспонировалась «Ельцин Центре» на выставке «Мир как беспредметность. Рождение нового искусства». 7 декабря 2021 года неизвестный нарисовал шариковой авторучкой глаза на головах двух из трёх фигур картины. Акт вандализма обнаружили посетители выставки. Они рассказали об этом сотрудникам «Ельцин Центра». Полотно сняли с экспозиции. 

Позже выяснилось, что это сделал охранник Центра — его вычислили по камерам наблюдения.  Мужчина рассказал, что инцидент произошел в его первый рабочий день в качестве охранника. «Стоят ребятишки лет 16–17, обсуждают, почему нет глаз, рта, никакой красоты! В компании были девчонки, они и попросили меня: «Нарисуйте глаза, вы ведь тут работаете». Я их спросил: «Это ваши работы?» Они: «Да». Дали мне ручку. Я нарисовал глаза. Я думал, это просто их детские рисунки!».

Реставрация картины «Три фигуры» обошлась в 250 тыс. руб. Деньги были выделены компанией «АльфаСтрахование», которая перед отправкой из Третьяковской галерери на выставку в «Ельцин Центре» застраховала картину на 74,9 млн руб.

 

Акты вандализма периодически происходят в музеях России и мира. С 1956 года на самую известную картину да Винчи «Джоконда» нападали четыре раза. Полотно Рембрандта «Ночной дозор» трижды становилась мишенью вандалов: в 1911 году бывший корабельный кок хотел проколоть его ножом, в 1975 году безработный учитель нанёс по картине 12 ударов ножом, а в 1990 году в картину плеснули кислотой, но пострадал только слой лака.

В 2020 году неизвестные злоумышленники облили маслянистым веществом из пульверизатора около 70 экспонатов музея Пергамон, Нового музея и Старой национальной галереи на Музейном острове в Берлине — древнеегипетские саркофаги, каменные изваяния и картины XIX века.

Музейный вандализм не имеет национальных границ. Происшествия случаются и в российских музеях. В 1985 году литовец Бронюс Майгис несколько раз ударил ножом картину Рембрандта «Даная», которая выставляется в Эрмитаже, и плеснул в неё серной кислотой. В 2018 году в Третьяковской галерее пьяный турист металлическим столбиком ограждения разбил стекло картины и повредил полотно Ильи Репина «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года».

Нападения на произведения искусства происходят и в пермских музеях. Директор Пермской художественной галереи Юлия Тавризян говорит, что в Пермской галерее произошёл подобный случай в конце семидесятых годов прошлого века. Один из посетителей нацарапал на картине «Птичий двор» кисти голландского художника XVII века Мельхиора де Хондекутера надпись: «Оля, 17 лет». Испорченную картину обнаружили на обходе хранители. «Это была ошибка смотрителей», — объясняет она. Инцидент замяли, он не вышел за стены Пермской галереи. В милицию по поводу порчи картины никто не заявлял. Её сняли с постоянной экспозиции и отдали специалистам на реставрацию.

Особенно часто в Перми нападали на паблик-арт-объекты. Так, в 2010 году неизвестные попытались взорвать «Ротонду» художника Александра Бродского. В этот же период пермской культурной революции нападению подвергались «Красные человечки» Андрея Люблинского, «Пермские ворота» Николая Полисского. Эти паблик-арт-объекты пытались поджечь. Во всех случаях были возбуждены уголовные дела, однако злоумышленники не были найдены.

Поскольку музеи часто сталкиваются с актами вандализма, была создана система страхования произведений искусства. Пермская галерея и PERMM страхуют произведения даже при перевозке внутри города, например, когда отдают экспонаты в муниципальные музеи или на «Арт-Пермь». При этом перевозка осуществляется специальной транспортной компанией, у которой есть оборудованный транспорт с пневмоподвеской, климатконтролем, креплением ящиков, и при сопровождении вооруженной охраны.

«Но есть человеческий фактор, — говорит Юлия Тавризян. — Смотрители могут недоглядеть, а в музеях, особенно в больших помещениях, встречаются „слепые зоны“ для видеокамер. Каждый раз, когда галерея принимает выставку, — это риск».

Экспонаты страхует страховая компания, у которой есть лицензия на осуществление такой деятельности. Стоимость рассчитывается на основании современных аукционных цен. Цену рассчитывают эксперты, а фондовая закупочная комиссия музея её закрепляет.

Важную роль в предотвращении вандализма играет система охраны музеев. В Пермской художественной галерее создана трёхуровневая защита: большинство предметов экспозиции закрыты защитными стеклами, помещения оборудованы видеокамерами, у всех смотрителей есть тревожные кнопки. Витрины оборудованы датчиками движения, а окна галереи — решетками.

Музей PERMM отказался от смотрителей на многих выставках, на которых не представлены коллекционные экспонаты. Но если PERMM показывает выставку музейного уровня, уровень безопасности определяет отправляющая сторона. Контур безопасности в этом случае может быть очень жёстким, и кроме смотрителей там должна быть установлена дополнительная защита.